Главная  /  Фотографии  /  Путешествия  /  Заметки  /  Графика  /  ASCII

→  Минус 51 градус по Фаренгейту

Февраль 2015

Ненецкий чум

Нарьян-Мар  ←  Ctrl  →  Катастрофа и эвакуация

Коренное население Ненецкого АО — ненцы. Издревле они вели кочевой образ жизни, занимаясь оленеводческим хозяйством и путешествуя по бескрайней тундре. В наши дни ничего не изменилось. Только в чумах ненцев появились сотовые телефоны, интернет и спутниковое телевидение, а вместо открытого очага по центру располагается буржуйка на дровах. Это обусловлено особенностью разведения и естественного выпаса оленьего стада: каждые 1−2 месяца приходится перемещаться, чтобы его прокормить.

Кочевые ненцы живут обособленно, но в целом плотно связаны с администрацией округа — как с точки зрения бизнеса, так и в смысле образования своих детей. Ежегодно в конце августа вертолёт забирает всех учащихся в школы-интернаты, а в конце декабря возвращает назад. Часто вместе с детьмя в посёлок улетают и женщины.

Ненецкий чум — это место жительства оленевода. То есть в сущности — центр «колхоза». У чума есть хозяин, который отвечает за стадо. Владельцев стада может быть несколько. Периодически в чум выезжают хозяева голов, чтобы забить тушу и привезти из колхоза мясо.

Не знаю, есть ли в городе специально построенный чум для туристов — со значками, сувенирами и ненцами в национальной одежде. В колхозном чуме всё гораздо прозаичнее. Одежда ненца — ватник и валенки. На экстренный случай есть одежда из оленьей шкуры. Это один из самых тёплых материалов — унты, шерстяной свитер, верхняя одежда из шкуры с капюшоном. Даже в самый лютый мороз и пургу одежда из шкур сохраняет тепло. Ещё непременными атрибутами настоящего ненецкого чума являются баклажки со спиртом; моргающий свет от неровной работы генератора; хаски; пьяный ненец; очень пьяный ненец и ненец, убитый в ссанину.


1.

Наше «чумовое» путешествие в оленеводческое хозяйство началось рано утром. Чум располагался в 60 километрах от Нарьян-Мара. Погода с самого утра была солнечная и мы весело летели на «Скидушках» по тундре.


2.

В 33−градусный мороз ехать на снегоходе со скоростью полсотни километров в час — чертовски холодно. Ехать же пассажиром сзади — пиздец, как холодно. От встречного ледяного ветра водителя кое-как закрывает лобовое стекло. Пассажира водитель закрывает только условно. Но дело совсем не в том, что холодно лицу. Проблема с руками — приходится изо всех сил держаться за боковые ручки, и примерно через 15 минут езды по морозной тундре пальцы уже не двигаются. Причём перчатки не спасают, нужны специальные лыжные варежки с внешней ветровой защитой. Также существует реальная угроза простудить коленные суставы, которые никуда не спрячешь.


3.

Дорога пролегала мимо Пустозёрска — города-призрака.


4.

По центру — каменная стела, пямятник Пустозёрску. Сложена в 1964 году из камней разобранной Преображенской церкви. Чуть дальше (справа) — обелиск «Пустозёрцы на защите родины», установленный в память об участниках Великой Отечественной войны. К 1945 году всё мужское население города участвовало в боевых действиях. 17 из 39 фронтовиков не вернулись с войны.

В наше время города уже не существует. Основан он был в 1499 году князем Иваном III, и стал первым русским городом за полярным кругом. Название происходит от озера Пустое, на мысе которого он был расположен. Вплоть до 1780 года Пустозёрск являлся административным, торговым, культурным и религиозным центром Печорского края.

Город служил местом ссылки и заключения. Сюда был сослан старообрядец протопоп Аввакум, приговорённый к сожжению в 1682 году.


5.

Часовня и трапезная имени протопопа Аввакума. Была освящена в 2012 году в честь 330−летия гибели Пустозёрских узников.


6.

Время в пути тянулось бесконечно. Это, пожалуй, было одно из самых тяжёлых испытаний выносливости на тот момент.


7.

В конечном счёте мы достигли цели. Чум издалека приятно дымил буржуйкой и источал изнутри живительное тепло. Проводники пригласили нас внутрь и попросили часок подождать, пока они съездят чуть дальше за мясом.


8.


9.


10.

Деревянные сани. Летом ездят по тундре не хуже, чем по снегу зимой.


11.


12.

Это стадо насчитывает около 250 оленей.


13.

Лайки не мёрзнут. Они спят, окапываясь в снегу, и иногда весело резвятся на трескучем морозе. А мороз крепчал. По ощущениям было заметно холоднее, чем утром.


14.

Конструкция чума простая — деревянные направляющие, на них кладётся войлочный утеплитель, а сверху — оленья шкура в несколько слоёв. Если не топить печку — будет холодно, поскольку всё тепло мгновенно выходит наверх. Но учитывая одежду ненцев и их привычку, им подогрев требуется не в таком количестве, как нам. Главное — укрыться от пурги.


15.


16.


17.

Идеи для вашего дома.


18.


19.


20.

Когда рычание снегоходов стихло, с постеленных на полу шкур приподнялось человеческое тело и заплетающимся языком сказало: «Сссаня». Удовлетворившись знакомством, Саня вернулся в исходное состояние и, как исправный хронометр, каждые 40 минут повторял действие.


21.

Второй ненец Ваня был более бодрым, но менее словоохотливым. Поэтому мы начали пить спирт, закусывая его остывшим оленьим языком и запивая чаем, который слабо подогревался на еле тлеющей буржуйке.


22.

Вечерело. Мороз становился крепче, по ощущениям было около -38 — выйдя на улицу, всё тело мгновенно сжималось, и с каждым разом надежда согреться отдалялась всё дальше. Буржуйка почти потухла, как и взгляд Вани; генератор начал издавать голодные икающие звуки; а Саня снова поднялся знакомиться.


23.

Пора было налаживать быт самостоятельно. Мысль о перспективе заночевать в остывшем чуме мгновенно вывела из крови весь алкоголь. Генератор быстро заполнили бензином, напилили и накололи дров и кое-как растопили буржуйку сырой древесиной.


24.

Через какое-то время вернулись наши проводники. Судя по их состоянию и отсутствию мяса, доехать до места у них не получилось — на пути сломалась одна «Скидушка». Проведя несколько часов по пояс в снегу на лютом морозе в тщетной попытке его починить, они решили вернуться назад. Суровый Север не жалеет никого.

Наше возвращение в город было ещё более интересным. К чуму мы ехали на двух снегоходах. Теперь снегоход был один, но к нему были привязаны металлические сани для перевозки мяса. Трёхместное транспортное средство к нашим услугам: двое на моторе, третий — лёжа в алюминиевом «эцихе» (хорошо, без гвоздей).


25.

Ночь. Мороз под -40. Ехать домой около 2,5 часов. В эцихе ехали поочерёдно. Дважды заезжали на попутные электростанции, чтобы немного прийти в себя.


26.


27.

Лёжа в эцихе, можно было о многом подумать: и о происходящих с нами событиях, и о суровом северном крае, и о людях, которые здесь живут, работают и выживают.

Ещё периодически думалось о том, зачем мне сейчас бьют по спине железной битой, а по лицу хлещут колючей ледяной крапивой. Страха не было — большая часть нашей жизни состоит из борьбы за выживание. Было ощущение прикосновения к чему-то неизведанному. «Никогда в жизни не ездил в мясном эцихе! Даст Бог, доеду до дома целый и расскажу другим, каково это. А это хуёво, братцы, очень хуёво! Кажется, я больше не чувствую щёк, рук и ног. Надеюсь, я ничего не отморозил».

Вот сейчас я пишу этот текст и думаю, что же можно добавить к вышесказанному? Определённо, не стоит ездить в мороз в железной ванне для сырой оленины.

Прибыв домой, отогревшись и посчитав на руках волдыри от обморожения, нам казалось, что всё самое сложное уже пройдено. Нужно было готовиться к дороге домой. У нярьянского товарища Саши появились срочные дела на «материке», поэтому решено было завтра ехать вместе наугад. Зимник по-прежнему был закрыт, мороз -38 и пурга, но возможно, у нас будет шанс.

Оглавление

  1. Минус 51 градус по Фаренгейту (Главная страница)
  2. Техника и поломки (Выводы о надёжности)
  3. Иллюзии севера (Цели и рекомендации)
  4. За полярным кругом
  5. Нарьян-Мар
  6. Ненецкий чум
  7. Катастрофа и эвакуация
  8. Снова поломка
  9. Вокзал Воркуты
  10. Улицы Воркуты
  11. Шахты Воркуты
  12. Люди Воркуты
  13. Дорога домой