Главная  /  Фотографии  /  Путешествия  /  Заметки  /  Графика  /  ASCII

→  Минус 51 градус по Фаренгейту

Февраль 2015

За полярным кругом

Иллюзии севера  ←  Ctrl  →  Нарьян-Мар


1.

Знаковое место — символ полярного круга.

Дорога от Усинска пролегает через нефтедобывающие базы «Лукойла» и «Газпрома». В воздухе чувствуется характерный запах, а причудливая техногенная геометрия цепляет непривыкший к подобным видам глаз.


2.

На «Нобель-Ойл» что-то жгли. Издалека картина была довольно зловещей.


3.


4.


5.


6.

Индустриальная геометрия.


7.


8.


9.


10.


11.


12.


13.

На дорогу от Ухты до Печоры мы выехали уже уставшими, хотя ещё только вечерело. Необходимо было преодолеть 580 км до посёлка Харьягинский. Второй водитель уже сладко посапывал на спальном модуле, и чтобы совсем не заснуть, приходилось развлекать себя философскими рассуждениями и особенно тщательным изучением происходящего вокруг.

Очень интересный эффект можно заметить ночью от различных источников света — луч поднимается строго вертикально наверх. Выглядит это, как в компьютерной игре — каждый объект, излучающий свет, имеет своего рода указатель. Кажется, что сверху будет показана его краткая информация — название, здоровье, будут бежать цифры расстояния до него. Раз — и вдалеке появились два вертикальных световых указателя, — ага, значит два встречных автомобиля впереди через несколько километров. Этот эффект особенно ярко наблюдается при сильном похолодании. Но об этом я пока не знал, поэтому радовался новым графическим эффектам, которые щедро демонстрировала северная природа.

Снежный наст был хорошо расчищен и уплотнён, ехать по нему было приятно. Заснуть мешали частые повороты дороги. Удалось даже немного пошалить на заднем приводе. Зимняя резина позволяет: впереди поворот, сбрасываем газ, втыкаем вторую, заходим в поворот, на пике нажимаем газ, компенсируем занос рулём, третья, четвёртая.

Снег крупными хлопьями падал на горячее лобовое стекло и капот. Белая дорога, подвеченная люстрой, яркие сугробы возвышались тоннелем по бокам. Чёрное небо и деревья контрастом закрывали верх. Глазу почти не за что зацепиться, поэтому легко потерять контроль. Неправильно выбранная скорость вхождения в поворот или обледенелый участок могут стать причиной схода с трассы. Стена из плотного снега, конечно, не бетон. Но без потерь не обойтись, поэтому надо быть осторожным. Тем более, что это только начало нашего пути.


14.

К Инзерейскому блок-посту на зимник мы подъехали около 7 часов вечера. Снег безжалостно сыпался с неба, слой за слоем укрывая стоящие автомобили и будку перед въездом. Шлакбаум опущен, проезд закрыт.


15.

— Здорово, начальник, нам бы в Нарьян проехать, когда проезд откроешь?
— Закрыт зимник.
— То есть как закрыт, а как в город попасть?
— Закрыт по метеоусловиям. Там на зимнике вообще пиздец творится! Поэтому можете отдыхать.


16.

Чуть позднее после диалога с вахтовым, шлакбаум демонстративно начали заваривать.


17.

Как скоротать время в ожидании неизвестного? Начать получать удовольствие от благ цивилизации, которые удалось захватить с собой.

Первым делом был разбужен второй пилот, который незамедлительно сварил в турке волшебный кофе. Затем под кино и консервированного тунца был освоен салат с рукколой. Салонная печка исправно клацала насосом и щедро отдавала тепло. «Если вот такое и есть путешествие по северу, то это просто кайф! Быстренько доезжаем до Нарьяна, хватаем пропуск на Варандей и едем туда!», — крутились в голове сытые полусонные мысли. А где-то там наверху тонкие нити жизни стройными переплетениями связывались в очередной узор судьбы — неведомый и неуловимый.


18.

Из темноты иногда выезжали Уралы и Камазы. Эхом слышалась фраза «да там вообще пиздец», которая уже перестала пугать, и которую мы ещё не раз услышим впоследствии. «Но вы же проехали, чем мы хуже?» Как потом выяснилось, многие грузовики едут по этому зимнику несколько дней.

На Варандей проезд так и не открыли, но через 5 часов на Нарьян-Мар стали потихоньку отпускать. Старая привычка не тупить перед шлагбаумом сработала чётко и здесь — на зимник мы рванули первыми.

Я пытался делать запись дороги по зимнику на «гоупро», но позднее по приезду меня видеоряд совершенно не впечатлил. Может быть виноват широкий угол, но видео получилось абсолютно плоским и невыразительным. Первые километры я ехал с впученными глазами и с пульсом, как на веломарафоне. Представь, что перед тобой развороченные уралами сугробы — метровые колеи, как железнодорожные пути, пересекающиеся между собой, уходящие куда-то в бок, объезжающие, снова смыкающиеся вдалеке. Впереди — чёрная мгла, сзади она же. Иногда еле заметны фары неспешно едущих вдалеке грузовиков. Дорога размечена вертикальными маркерами, чтобы не сбиться с пути. Плотный наст по бокам предательски искатан треколами — виден след от протектора, иногда уходящего в целину и кажется, что вот же она прямо здесь, идеальная дорога. Свежерасчищенный отрезок пути почти мгновенно засыпает метель. Дорогу нужно научиться чувствовать. Любое смещение вектора движения или пробуксовка колёс сопровождается мгновенной реакцией — либо рулём, либо педалью газа. Всю эту гамму ощущений вряд ли возможно передать видеозаписью с бампера.

Отъехав десяток километров, решили всё же сдуться до 1 атмосферы. На пониженном ряде и подспущенных колёсах «патруль» едет уверенно. Помогает правильная развесовка. При упаковке груза это непременно необходимо учитывать. Перегруженная корма или боковина в суровых снежных условиях могут очень сильно помешать передвижению.

Люстра в снегопад помогает и мешает одновременно. Мощный световой пучок позволяет чётко ориентироваться на местности и издалека заметить извилистый путь заметённого зимника. Но отсвет от падающих снежных хлопьев, приходящийся как раз на верхнюю часть лобового стекла, сильно бьёт в глаза. Более эффективным в этой ситуации был бы мощный дальний свет на бампере.

От Харьяги до Нарьяна примерно 150 км зимника и 100 км так называемой «отсыпки» — более подготовленной дороги через тундру. Зимник мы пролетели без остановок. Адреналин в крови все 5 часов движения не давал даже моргнуть, но на отсыпке силы стали постепенно покидать. После очередного поворота я дёрнул рулём и, войдя в раскачку, съехал правым бортом в сугроб. Сон сняло, как рукой. Нам улыбнулась перспектива наконец-то поработать лопатами. Сидя в тёплой машине, мы пропустили похолодание. Пальцев рук в перчатках хватило только открутить с верхнего багажника лопаты. Вдалеке послышался рокот дизеля. С нами поравнялся Камаз:

— Давай дёрну, что ли?
— Спасибо, братушка, сейчас стропу закреплю.
— Только парни, если что оторву, потом без претензий
— Да не парься, дёргай на полную, это динамика!


19.

В Нарьян-Мар мы заехали уже утром. Было ещё темно и на улицах — ни души. Ощущение того, что мы попали в игрушечный город. Вроде бы всё работает — и освещение дорог, и светофоры. Но пустынность улиц и чёрные окна домов создавали атмосферу, к которой мы не привыкли.


20.


21.

Центральная площадь Нарьян-Мара.


22.

Первая гостиница на карте («Печора») оказалась неработающей, во второй отключили электричество, третья («67−я параллель») была спрятана за двухметровым сугробом, поэтому мы её дважды проехали мимо. Свет в ней работал, и нас полусонных впустила такая же заспанная хозяйка отеля.


23.

Всё, мы здесь, на Севере, в Нарьян-Маре!

Оглавление

  1. Минус 51 градус по Фаренгейту (Главная страница)
  2. Техника и поломки (Выводы о надёжности)
  3. Иллюзии севера (Цели и рекомендации)
  4. За полярным кругом
  5. Нарьян-Мар
  6. Ненецкий чум
  7. Катастрофа и эвакуация
  8. Снова поломка
  9. Вокзал Воркуты
  10. Улицы Воркуты
  11. Шахты Воркуты
  12. Люди Воркуты
  13. Дорога домой